Ночь. Два часа.
Рязань спит.
Потом — взрыв.
Потом — второй.
Потом — третий.
Над Рязанским нефтеперерабатывающим заводом — одним из крупнейших в России — поднимается густой чёрный дым.
Видно всем.
Соседям. Прохожим. Спутникам.
Всем — кроме Кремля.
Губернатор Рязанской области Павел Малков вышел к микрофону.
Серьёзный. Официальный.
«По предварительным данным — есть пострадавшие.»
Предварительным.
Над городом — столб дыма до неба.
Но данные — предварительные.
Уточняют.
Пока уточняют — взрывы гремят в Брянске.
Потом — в Таганроге.
Потом — в Ейске. Там где военный аэродром морской авиации ВМФ России.
Аэропорты Нижнего Новгорода закрыты. Ярославля — закрыты. Тамбова — закрыты. Внуково — по согласованию.
Согласованию с кем — не уточняется.
Россияне смотрят в окно.
Видят дым.
Пишут в чаты.
«Что происходит?»
«Это учения?»
«Это газ рванул?»
Федеральный канал молчит.
Или говорит про что-то другое.
Про украинских террористов в Индии. Про козни Запада. Про скрепы и берёзы.
Только не про дым.
Который видно из окна.
И вот россияне смотрят на этот дым.
И удивляются.
Почему Украина ещё сопротивляется?
Странный вопрос.
Особенно когда над твоим городом — чёрный дым.
Особенно когда закрыты аэропорты.
Особенно когда взрывы — в четырёх регионах за одну ночь.
Знаете что самое показательное?
Россия три года бомбит украинские города. Каждую ночь. Дроны. Ракеты. Шахеды.
Украинцы — привыкли. Научились. Адаптировались.
Теперь — очередь другой стороны.
Адаптироваться.
Учиться.
Привыкать к дыму над своим городом.
Чёрный дым над Рязанью.
Кремль — не видит.
Россияне — удивляются почему Украина сопротивляется.
Посмотрите в окно.
Там ответ.